Через месяц

Альцест
Гены всегда живы, 
Гены всегда правы, 
Громче людской молвы, 
Крепче кремлевских стен, 
Тише воды, ниже травы 
Передаете вы 
Детям своим, внукам своим 
Свой неизменный ген. 

Интермедия 

Билл. Этот баран, который чего-то наелся, когда был с китайским шпионом переполох -- он не умер? не отравился?

Борис. Жив баран, и прекрасно себя чувствует. Здоровье-то его в порядке, но такого я еще не видел...даже здесь. 

Билл. А в чем дело-то?

Борис. Говорить научился.

Билл. Ну, это уже давно было. Ген-то от попугаев они еще в августе получили. Я сам слышал. как баран и овца 
разговаривали -- трава вкусна и зелена... в этом роде.

Борис. Ты попробуй сейчас с ним поговори. А вон и они, кстати. Мэри и ее баран.

Билл. Поговори? О чем же мне с бараном говорить?

Борис (качает головой). С этим бараном -- о чем хочешь. Тема разговора свободная. Только говори сидя (дает ему стул).

Билл (садится на стул). Почему сидя?

Борис. Чтобы не упасть (удаляется). 

Входят Мэри и Мутон. 

Мэри. День добрый, Билл. 

Билл. Вам также. 

Мутон 
Здравствуй, Билл. 
А ты меня, наверно, и забыл, -- 
Ведь я - Мутон. Я здесь, в загоне жил, 
Ты мне носил зеленую траву. 
Теперь я выше этажом живу. 

Билл (падает со стула; поднимается, ошеломленно, щиплет себя). Я, видно, брежу наяву. Овца беседует, ну точно как мы с вами... 

Мутон (смеясь)
Ах, милый Билл, какая же я Вам овца! 
Я обзавелся человечьими мозгами, 
И человеком стать намерен до конца. 
И я уже усвоил все манеры, 
Культуру речи, жесты и язык, 
Читать научен я -- и узнаю из книг 
Историю людей, морали и примеры. 
Я столько нового, волшебного узнал -- 
Какой я был баран, что раньше не читал! 
Прошу простить -- хочу я дочитать Вольтера... 
(садится в кресло и углубляется в книгу).

Билл. Вольтера?...

Мэри (тихо). "Кандид". 
Билл (тихо). "Кандид"?

Мэри. "Кандид". В переводе, конечно. По- французски Мутончик еще не читает.

Билл. Простите меня, доктор Мэри -- я не верю своим глазам, и вообще.

Мэри. Билл, мы сами не верили. Все это произошло так молниеносно... 

Билл. Он говорит, как человек... с университетским образованием.

Мэри. Ген человеческой сущности, Билл. 

Билл. Подождите, доктор Мэри. Ведь он -- баран, да? в шкуре, с шерстью, с рогами, с копытами...

Мэри. Да. Внешне. Но душа у него -- человеческая...

Билл. Душа -- у барана?

Мэри. Это сложный вопрос. (поет:)

Я этикета не нарушу, 
Ученые не верят в душу, 
Но в нашем Форте Сен-Жермен, 
Мы верим в ген, да-да, 
Мы верим в ген. 

Не все ль равно как называть, 
Что не дано нам до конца познать? 
Чудес немало в нашем Форте Сен-Жермен, 
Но тот заветный человечий ген, 
Что проглотил невинный наш Мутон, 
Быть может, душу формирует он. 
Не все ль равно как называть, 
Что не дано нам до конца познать? 

Мутон
Послушай, ласковая Мэри: 

Досады, слезы и потери 
Равно всех в этой жизни ждут, 
Грустить о них -- напрасный труд. 
Найти иль потерять -- не все ль равно, 
Коль вечной жизни не дано?

Я мудрость эту вычитал из книг, 
Я признаю, что я не все еще постиг, 
Но я бараном был еще вчера -- 
Так подождите до утра. 
К рассвету звездный плащ утратит ночь, 
Сомненья улетят с туманом прочь, 
И в стенах Форта Сен-Жермен 
Увидим мы, что может ген, 
На что способен человечий ген. 

Мэри, Мутон и Билл (вместе) 
И в стенах Форта Сен-Жермен 
Увидим мы, что может ген, 
На что способен человечий ген. 

Смена картины

Гена (вальс) 
Почтовая марка с портретом Ламарка, 
Листки твоего дневника, 
Твои хромосомы совсем невесомы, 
Почти не видна ДНК. 

Клонируя гены, предвижу я смены 
Моралей, привычек, и чувств, 
Правительств падения, рас измененья, 
Расцвет и наук, и искусств. 

Гены в тебе и во мне, 
При солнце и при луне, 
Привычной моралью, двойною спиралью 
Среди нас наяву и во сне. 

Даны от природы нам генные коды, 
И краткие годы и дни. 
От порчи и сглаза нас теломераза, 
Волшебный фермент, сохрани. 

Клонируешь гены, и рушатся стены, 
Природа подвластна тебе, 
Ты в Бога играешь и песни слагаешь 
Своей сумасшедшей судьбе. 

Гены в тебе и во мне 
Повторены вдвойне, 
Легендой старинной, и снов паутиной, 
Нежной тенью на зыбкой волне. 

Ученые вальсируют 

Интермедия

Борис. Чтобы баран заговорил...такого и в России не было. Наши бараны как-то в целом были неразговорчивые.

Билл. И в Соединенных Штатах не было. Мы бы сразу узнали... он бы по телевизору выступал в толк-шоу, и по радио. Я когда холодильные грузовики водил, все новости знал. Едешь себе ночью по Аризоне. Кактусы, звезды, слушаешь музыку, спортивные передачи, новости. В основном ерунду, конечно, передавали.... 

Борис. Я вот все насчет ультрацентрифуги беспокоюсь.... Напряжение у нас в сети европейское, а предохранители летят все время. 

Мэри и Мутон, вдвоем 

Мутон
Вот книги - Оруэлл - "Xутор Скотский", 
Свифт, Чапек, Пушкин и Шекспир, 
Вот пленки - Моцарт и Высоцкий, 
Вот фильмы, диски... в них -- весь мир, 

Все человеческие думы, 
Идеи драм, наборы слов. 
В них роль играем лишь одну мы -- 
Коль ты баран, идешь ты в плов. 

Как грустно.Это -- участь вида, 
Что одомашнен для еды. 
Задолго до царя Давида, 
Всю ночь до утренней звезды 

Семь тысяч лет назад, как ныне, 
Водил нас пастырь по пустыне, 
Я это вычитал из книг... 
Семь тысяч лет прошли как миг. 

Мэри
Таких примеров нет в литературе, 
Как символ свой, тебя создал двадцатый век. 
Ты не баран, ты человек в овечьей шкуре. 
Ты мыслишь -- следовательно, ты человек. 

Мутон
Вы -- хищников прожорливая раса. 
Пойми же наконец -- ведь вы едите наше мясо! 
Я -- конечный результат эволюции, 
И я понял все, к чему она ведет: 
Я рожден, чтоб стать вождем революции 
Против тех, кто пожирает мой народ. 

Мэри
Мой милый Мутон -- ты даже не был рожден,
Ты вырос в пробирке, ты искусственный клон, 
Из Доллиных клеток мы создали деток, 
И ты среди них, мой отважный Мутон. 

О как я тебя жалею, безумна твоя затея, 
Что будешь ты делать, куда ты пойдешь? 

Мутон
Я осознал -- мы все идем под нож, 
Вот наш удел. И вам послушны овцы. 
О люди, вы убийцы и торговцы, 
Для вас мы все -- баранина, пять фунтов килограмм. 
Из наших ягнят нерождённых кроите вы зимние шубы 
Для нашим же мясом откормленных дам. 
Вы ребрышки наших детей обгрызаете, 
Вы их итальянским вином запиваете, 
Вытапливаете вы жир из наших тел, 
Мы все идем под нож -- вот наш удел. 

Мэри
Так было всегда, и так будет всегда, 
Приходит пустыня, уходит вода, 
Проходит весна, и приходит зима, 
Про это уже написали тома. 
Велит нам природа поесть углевода, 
И жира покушать, а также белка, 
Мы хищная раса, нельзя нам без мяса, 
Не жизнь нам без плова и без шашлыка. 
Их видим во сне, и едим наяву, 
Мы мясо едим, а бараны -- траву, 
Ну что же тут делать, ну как же нам быть, 
Нельзя же Природу совсем отменить. 

Мутон
Меняется ген, и меняется вид -- 
Тебе это Новый Баран говорит: 
Мутации вновь отбирает среда, 
Так было всегда, и так будет всегда: 
Закончилась раса, что кушала мясо, 
Вам нашего мяса не есть никогда. 

Мэри
Нам вашего мяса не есть никогда... 

Мутон
Решенье и предназначенье мое неизменно, 
Отныне любой я скотине свой вирус несу, 
Очищу мозги им и души от рабского гена, 
Oтныне вам, люди, не есть колбасу. 

Сосиски, бифштексы, жаркое, котлеты, ветчины -- 
Их запах и вкус позабудет весь мир, 
Нейлон вас согреет заместо бараньей овчины, 
И соевой массой овечий замените сыр. 
На волю теперь наконец я намерен уйти, 
Прошу тебя, Мэри, не стой на пути, 
Забудь про Мутона, без плача, без стона -- 
Прощай, моя Мэри, прощай и прости. 

Мэри
Идите -- вам я открываю двери. 

(Мэри проводит закодированной карточкой по замку -- дверь со щелчком отворяется. За ней -- зеленые луга и горы).

Мутон
Прощай, Форт Сен-Жермен и ласковая Мэри, 
Я покидаю навсегда твой край. 

Мэри
Что ж: если навсегда, то навсегда прощай. 
(Мэри отступает в тень)

Мутон и Бекки
Ты прости нас, мама Долли, 
Мы прозрели наконец, 
Выход есть из рабской доли 
Для баранов и овец. 

Хор
Выход есть из рабской доли 
Для баранов и овец. 

Мутон и Бекки
Мы идем к великой цели, 
Мы встаем за новый мир, 
Где баранов бы не ели, 
Где б не тёк бараний жир. 

Хор
Где баранов бы не ели, 
Где б не тёк бараний жир. 

Мутон и Бекки
Наша цель свежа и нова, 
Манит светом маяка 
Мир без мяса, мир без плова, 
Новый мир без шашлыка. 

Хор
Мир без мяса, мир без плова, 
Новый мир без шашлыка.